A Plague Tale: Requiem — оффлайн-активация Steam

Приключенческий боевик Asobo Studio, вышедший в 2022 году, — прямое продолжение A Plague Tale: Innocence. От соседей по жанру его отличает главный противник: не отряд с оружием, а серая масса, которая появляется вслед за проснувшимся проклятием и растекается по всему, до чего дотянется. Воевать с ней нельзя, договориться тоже — остаётся рассчитать, где она пройдёт, и оказаться не там.

Остров, к которому ведёт пророчество

Где-то за морем лежит таинственный остров, и его зов слышен с первых минут. Замысел брата и сестры поначалу другой: спуститься на юг и устроиться там подальше от заразы, а заодно найти способ удержать наследственную напасть. Держится он недолго. Напасть заявляет о себе снова, бежать приходится опять, но теперь у бегства есть направление — пророчество говорит, что именно остров может стать ключом к спасению Гуго. Всё остальное в игре подчинено этой дороге.

Крысы: и стихия, и инструмент

Полчища крыс здесь не декорация к мрачному сеттингу, а работающая часть мира. Они несут на серых спинах смерть и разрушение и появляются там, где родовое проклятие даёт о себе знать, — то есть ровно тогда, когда героям меньше всего нужно чужое внимание. Но у той же угрозы есть вторая сторона: врага крысами можно травить. Одна и та же масса оказывается то стеной, которую надо обойти, то способом убрать с пути того, кого иначе не убрать.

Скрытно или напролом

В распоряжении игрока обширный арсенал оружия, инструментов и сверхъестественных способностей, и выбирать, чем пользоваться, игра не берётся. Можно напасть скрытно — подойти так, чтобы никто не успел поднять тревогу. Можно залить путь кровью врагов и идти напролом. Между этими крайностями лежит всё остальное: спрятаться, ударить, стравить чужие проблемы друг с другом. Решение принимается заново на каждой стычке.

Средневековый быт и то, что за ним

Мир собран из узнаваемого средневекового быта, в который вплетены магия и сверхъестественное: обыденное и невозможное стоят рядом и не спорят между собой. Проклятие тут не фигура речи, а наследственная беда с понятными последствиями, которая однажды просыпается и меняет всё вокруг. Издатель обещает завораживающую графику и берущий за душу саундтрек; на них действительно держится изрядная часть впечатления, потому что многое сказано не репликами, а видом и звуком тех мест, через которые тащат ребёнка.